payday loans

Мухтаров А.А.



Мухтаров А.А. Воспоминания командира БЧ-III подводной лодки Б-36 участника «Карибского кризиса»

В августе 1962 года по прибытии из очередного отпуска, я узнал от командирования ПЛ, что началась интенсивная подготовка к длительному походу. Нашей ПЛ была поставлена задача: подготовить ПЛ к переходу в базу одной из дальних дружественных государств. Страна прибытия не называлась. Хотя, мы предполагали, что это может быть Африка или Куба! Естественно разговоры об этом велись не только на службе, но и в семьях. К этому времени на Северном Флоте приступили к формированию нового соединения – бригады подводных лодок. Создаваемая бригада получила тактический номер 69, в состав которой вошла и наша ПЛ. Все подводные лодки, которые вошли в бригаду, прошли предпоходовый ремонт и докование. По-видимому, из-за этого, и для соблюдения скрытности подготовки, по приказанию командующего флотом в начале сентября окончательно укомплектованные и подготовленные лодки были перебазированы в губу Сайда (п. Гаджиево), где подводная лодка и начала окончательную погрузку боезапаса, топлива и продовольствия. Подготовку лодок к походу курировал лично командующий флотом со своим штабом.
Его интересовали готовность подводных лодок к длительному автономному походу, надежность механизмов, приборов, аппаратуры, наличие ЗиПа, надежность оружия.
Минно-торпедная боевая часть (БЧ-III) состояла: Командир БЧ-III – капитан-лейтенант Мухтаров А.А.; Командир Торпедной группы – лейтенант Кутьин В.М.; Старшина команды, мичман – Мартынов Л.Н.; двух командиров отделения торпедистов, командира отделения торпедных электриков. Весь личный состав боевой части был допущен к управлению соответственно боевой части и боевыми постами. Боевая часть была допущена к приему, хранению и боевому использованию ядерного боезапаса.
Подготовка ПЛ к переходу завершилась 30 сентября 1962 года погрузкой на лодку 21-ой торпеды с обычным зарядом и одной торпеды с ядерным зарядом. До этого торпеды с ядерным зарядом в боевые походы наши лодки не брали.
Обычно на ПЛ торпеда с ядерным зарядом грузилась в первый или второй аппарат, для удобства ухода и обслуживания за ней нами было предложено загрузить ее в средний (по высоте, т.е., в аппарат № 3, или №4, при том, что на ПЛ пр.641 6 носовых торпедных аппаратов расположены в три яруса, попарно) торпедный аппарат, в чем мы убедили представителей шестого управления. После этого у нас все ПЛПЛ стали загружать торпеды с ядерным боезапасом в средние торпедные аппараты.
Перед личным составом выступал первый заместитель ГК ВМФ адмирал Фокин В.А. и сказал, что бригаде предстоит выполнить специальное задание Советского правительства: совершить скрытый переход через океан и прибыть в новый пункт базирования в одной из дружественных стран. О стране базирования личному составу разрешалось сообщить только с выходом подводных лодок.
Выход подводной лодки на операцию был осуществлен в 4 часа утра 1 октября 1962г.
Выйдя из Сайда губы, мы развернулись курсом на Север и пошли по своему маршруту. После выхода из Кольского залива командир ПЛ вскрыл пакет, ознакомился с распоряжением, и в определенной части довёл его до экипажа. Переход ПЛ совершить скрытно. Оружие на переходе иметь в готовности к боевому использованию. Обычное оружие применять по указанию ГК ВМФ или при нападении на ПЛ. Ядерное – только по специальному указанию МО или ГК ВМФ. Конечная цель маршрута – бухта Мариель, на Кубе.
В это время в Атлантике, особенно в северной – штормовой ветер. Используя штормовую погоду, мы сравнительно легко преодолели все три противолодочных рубежа в Северной Атлантике, и вышли в Центральную.
7 октября, когда я был на вахте и находился на мостике, шторм достиг такой силы, что я не успел увернуться от набегающей волны и был прижат ею к планширу рубки так сильно, что сломал два ребра. Но благодаря заботе доктора ПЛ капитана Буйневича - через 12 дней полностью вернулся в строй.
Через полторы недели мы были в Саргассовом море.
В ходе похода, личным составом БЧ-III проводилась проверка торпедного оружия вооружения согласно правилам минной службы. Проводились тренировки по приготовлению торпедного оружия к применению. Личный состав был готов в любую минуту произвести залп.
До бухты Мариель, пункта назначения, оставалось 150-200 миль. Командир ПЛ решил форсировать пролив Кайкос скрытно.
В это время в лодке стояла страшная жара. Приходится признать, что из-за отсутствия системы кондиционирования наши ПЛ не были приспособлены к действиям в тропических условиях. Кроме того, из-за отсутствия системы охлаждения аккумуляторная батарея при зарядке чрезмерно активно выделяла пары кислоты и водород. Температура на отдельных боевых постах (гидроакустиков, электриков, мотористов) доходила до 50-60 градусов.
Все это приводило к выходу из стоя материальной части, а также к тепловым ударам и обморокам подводников. Ограничение запасов пресной воды не позволяли выдавать более 250 граммов воды в сутки на человека. Невозможность смыть пот и грязь привели к 100% заболеванию личного состава потницей в особо тяжелой, гнойной форме. Только в носовых и кормовых отсеках, где располагалось БЧ-III - 35-40 градусов.
В таких условиях лодка находилась почти три недели.
23 октября командир получил шифровку с приказанием МО – быть готовым к применению торпедного оружия с ОБП.
29 октября, в отсеке, мы услышали работу ГАС в активном режиме, затем взрывы гранат. Гоняли нас долго, заставили израсходовать весь запас электроэнергии, - после чего ПЛ была вынуждена всплыть. В надводном положении мы находились около 36 часов в сопровождении американских противолодочных сил. За это время была сделана зарядка аккумуляторной батареи. Отремонтирован ВИПС. Исправили и другие повреждения. Провентилировали ПЛ. Дали отдохнуть личному составу. Окончив зарядку ПЛ на глазах сопровождающих американцев, срочно погрузилась и оторвалась, оставив их в недоумении. До конца пребывания в Саргассовом море американцы нас больше не обнаружили.
14 ноября 1962 года получили приказание скрытно возвращаться в Кольский Залив. В последних числах декабря возвратились в базу – губу Сайда. Встречал нас начальник штаба бригады капитан 2 ранга Архипов В.А. и 6 матросов для приема швартовых концов.
Затем на катерах наш экипаж был переправлен в город Полярный.
За данный поход я был награжден орденом Красной Звезды.

Капитан 1 ранга в отставке

 Мухтаров Аслан Азизович, в последующем – Флагманский минёр 4 Эскадры ПЛ
Обновлено ( 31.10.2011 17:51 )